Если вы собрались на "Одессу" Валерия Петровича Тодоровского , устройте себе пре-пати с вином и фильмом Интонации большой Одессы. Он теперь есть на всех цифровых площадках.

Зачем его смотреть не-одесситам?

Это, безусловно, услада для глаз. Я не помню, чтобы Одессу и другие города так круто снимали с коптера. Это вообще очень достойная операторская работа. Вся первая половина фильма, в которой как бы ничего не происходит, идеально соответствует духу города (в летнюю пору, естественно) - там тоже, практически, ничего не происходит. Как говорит Валерий Тодоровский в недавнем интервью, "в Одессе ты можешь утром встать, полдня ничего не делать и все как-то само устроится, а не устроится — так обойдется". Все эти длинные планы, типа, Оперный в тумане, и плавно выезжает поливальная машина, - это все полностью соответствует одесскому "дольче фарньенте". Действует гипнотически.

Еще есть много прекрасных архитектурных рифм. Все эти смонтированные в стык театры, мосты, балконы, оконные рамы, завитушки решеток, облупившиеся карнизы, мостовые - разных городов. Мир, как одна большая Одесса.

Переломный момент фильма - всего три кадра. Мама с коляской на Куликовом поле на фоне огороженного забором Дома союзов. Жванецкий в кресле, молчит и думает. Девочка играет на фоне мурала "ничего не вижу, ничего не слышу, ничего не скажу" .

О трагедии 2 мая сказано мало, но сказано в самый раз. Больше авторы сказать не могли, они вообще прошли очень тонкой грани между чистой романтической медитацией и грустным медицинским диагнозом. Дальше, после пары фраз Ольги Ильницкой о девочках, смешивающих коктейли Молотова, весь фильм получает, как сейчас принято говорить, новую оптику. Одесситы именно с этого момента, думаю, начинают по-настоящему внимательно смотреть фильм. Насчет сладкой жизни они и так в курсе.

Когда понимаешь контекст, многое смотрится по-другому. Видишь, кого нет. Нет Нонны Гришаевой и Юрия Стоянова - им запрещен въезд, вряд ли им сейчас в кайф рассуждать о городе. Опять кстати интервью Тодоровского: "Вышел Райкин, сказал «здрасьте». В этот момент на сцене появились какие-то люди и сказали, что вечер закрывается. То есть они, эти люди, решили, что Райкину выступать в Одессе не надо, потому что он поддержал присоединение Крыма к России. Самое поразительное, что вечер был закрыт — люди разошлись вместо того, чтобы возмутиться этим безобразием".

Титр "В разных городах и странах сотни лет упорно строят Аркадии. Но периодически разрушают их. Аркадия есть и в Одессе" Память подсказывает: и она тоже разрушена. В буквальном смысле.

Закадровый голос рассказывает о том, что Одессу основал Дерибас. Внутренний спрашивает: теперь же вроде надо считать , что запорожские казаки?

Счастливая и, кажется, немного с похмелья Оксана Фандера на фоне плаката "Одеса це Украiна" . И тут же женщина с попугаем, предсказывающим будущее - она здесь была и будет всегда. Все уедут, а она останется.

Великая одесситка Неля Харченко, грациозная, с идеальным дикторским произношением. Она в Германии учит детей русскому языку. Она вывезла его из Одессы, и его там стало чуть меньше. Потом еще немного меньше. И еще немного.

Жванецкий весь фильм молчит, не говорит ни слова. Фактически , та Одесса , которую все любят, умещается в одном человеке. "Кто написал всех нас, как рассказ" (с) - это и про него тоже.

Да, и фильме никто не утрирует одесский говор , в нем вообще обошли вниманием всю одесскую пошлятину, всю условную красную дорожку ОМКФ. Зато есть лунная.

Спасибо Сусанна Альперина (Susanna Alperina). Нам хорошо в твоем фильме.